Беларусь ищет в Китае политическую опору и финансового донора

Но при этом в Минске периодически забывают, что Поднебесная является одной из самых капиталистических стран и вкладывает деньги исключительно с пользой для себя…

 

Белорусские власти все более нетерпеливо ожидают великого прихода китайского капитала в свою страну. На этот раз желание найти третью внешнеполитическую опору в лице Поднебесной выразил не Анатолий Тозик, заместитель премьер-министра и большой поклонник китайской модели, а лично глава государства Александр Лукашенко, выступая 8 мая с посланием  в парламенте. Однако оправдаются ли эти чаяния? Чего ждать от развития белорусско-китайских отношений?

В отличие от некоторых других внешнеполитических проектов, китайское направление — это тот случай, когда белорусская власть не ограничивается только лишь риторикой о дружеских отношениях и партнерстве. На сотрудничество с Китаем Беларусь настроена серьезно.



И плоды сотрудничества зримы. За последние годы Китай осуществил или начал на территории Беларуси ряд крупных проектов. Среди них — модернизация двух минских ТЭЦ, строительство цементного завода и создание совместного СП по производству бытовой техники «Мидеа-Горизонт».


В ожидании денежного дождя

Открывая двери перед Китаем, Минск хочет найти еще одного партнера в качестве противовеса России и ЕС, доминирование которых в экономике Беларуси создает определенные угрозы власти. «Для долгосрочной стабильности нашего государства двух векторов по оси Восток-Запад недостаточно, — признал Лукашенко 8 мая. — Прочную стратегическую позицию мы займем, когда выстроим третью опору Беларуси во внешнем мире — на мировом Юге».

Присутствие китайского капитала позволит развить торговые связи белорусских предприятий на рынке ЕС. Пекин является мощным игроком, в зависимости от которого находятся мировые рынки. Не является исключением и Старый Свет, где влияние Китая только усиливается, учитывая скупку КНР долгов стран-членов ЕС. Перенос в Беларусь ряда китайских производств гарантирует автоматическую поддержку со стороны КНР их продвижения на европейский рынок.

Еще одним фактором, объясняющим желание заманить в Беларусь китайского дракона, является наличие у последнего материальных средств, в которых экономика Беларуси очень нуждается. Ее внешний государственный долг на 1 апреля составил 11,9 млрд. долларов при установленном годовом лимите 14,3 млрд. долларов. А долги, как известно, нужно отдавать, к тому же в выступлении Лукашенко перед парламентом 8 мая вновь поставлена задача достичь к концу года средней заработной платы в 500 долларов.

Как подчеркнул белорусский руководитель, Китай «не ставит условия Беларуси, а дает льготные кредиты». При этом глава государства умалчивает, что в вопросе инвестирования и кредитования Поднебесная является одной из самых капиталистических стран и вкладывает деньги исключительно с пользой для себя.

Этим Китай отличается от России, у руководства которой помимо экономического присутствует политический интерес (реинтеграция на постсоветском пространстве), ради которого Москва и идет на уступки Минску. Китай же политической цели в Беларуси не преследует и поэтому будет спрашивать по полной.


Связанные кредиты не слишком греют

Действительно, китайские кредитные ресурсы в Беларусь поступали. Так, осенью прошлого года КНР выделила Беларуси льготный кредит в размере 1 млрд. долларов для реализации совместных согласованных проектов, а также 70 млн. юаней в качестве безвозмездного гранта.

Но проблема для белорусской стороны заключается в том, что предоставленные денежные средства имели связанный характер. Это означает, что кредит дают сугубо на совместные китайско-белорусские проекты, при этом китайцы формально выступают как инвесторы и кредиторы, но на деле продвигают свое оборудование, задействуют своих рабочих и имеют долю в прибыли.

Однако совместные проекты оказались не столь дешевы, как ожидалось. Так, белорусская сторона вынуждена была отказаться от сотрудничества с китайцами при реконструкции Национального аэропорта «Минск» из-за дороговизны проекта, который должны были оплатить белорусы из средств, предоставленных Пекином.

О перекосе в двусторонних отношениях говорят цифры: так, за январь-ноябрь 2011 года отрицательное сальдо белорусской торговли с Китаем достигло 1,36 млрд. долларов.

Таким образом, деньги из Китая работают прежде всего на китайскую же экономику и спасительными для Беларуси не являются. Основной целью Минска в последнее время было достичь соглашений относительно несвязанных кредитов, которые бы действительно помогли оздоровить экономику и получить ожидаемую выгоду.

После того как 26 апреля китайское рейтинговое агентство Dagong Global Credit Rating присвоило Беларуси суверенный кредитный рейтинг,Москва в принципе настороженно смотрит на развитие сотрудничества Минска с Пекином. Во-первых, Россия сама не прочь привлечь китайский капитал; во-вторых, Москва не заинтересована в снижении зависимости Беларуси; в-третьих, китайцы могут создать здесь конкурирующие производства.

Таким образом, получение реальных денег, позволяющее говорить о Китае как о еще одной опоре для Беларуси, будет зависеть от ряда факторов. Белорусское руководство окажется перед выбором: либо идти на реформирование экономики и развитие отношений с ЕС, либо отказаться от этого и поставить себя в еще большую зависимость от Кремля.