Алесь Горский. ТЕРРОРИЗМ. О чем забыли сторонники Коновалова

«Следствие не убедило меня в виновности Коновалова и Ковалева» — слова, которые повторяют в Байнете и жук, и жаба...

 

Алесь Горский. Блогер. Наград, высоких чинов и прочих регалий нет. Зато есть критический взгляд на вещи. Много где учился, ничего не закончил. Так что мнением признанных авторитетов не скован. Главная сфера интересов лежит в области политики и истории, что не мешает совать нос и в другие области.

«Следствие не убедило меня в виновности Коновалова и Ковалева» — слова, которые повторяют в Байнете и жук, и жаба. Периодически в ответ хочется заявить: «И флаг тебе в руки». Потому что задача следствия — убеждать суд. Остальных необязательно. Если суд плохой и несправедливый — у народа есть только один метод борьбы с его решениями: выйти дружно и попросить покинуть судей удобные кресла. Причем выйти не втроем. 100, 200, 300 и даже 20 тыс. для страны с десятимиллионным населением тоже недостаточно. Требовать справедливости должны сто тысяч. Или двести. Это ежели большая часть населения и впрямь не верит в справедливость приговора токарю и электрику.

Хотя, вообще-то, любой здравомыслящий человек понимает, что для того, чтобы сомневаться в решении суда или не сомневаться, для начала неплохо бы ознакомиться со всеми материалами, которые следствие этому самому суду представило. Подчеркну — со всеми. Иначе картинка будет неполной. Сделать это можно двумя способами. Прочитать многотомное уголовное дело или посетить все заседания суда. Из газет получить полную картину не удастся. Разве что некоторые из них начнут печатать стенограмму заседания вместе с копиями представленных в деле документов.

Все, кто дело не читал и в суд не ходил, могут вместе со своим «экспертным» мнением быть свободны. Их рассуждения переходят в статус разговоров о Пастернаке, которого не читал, но осуждаю.

Остается небольшое число тех, кто с материалами дела знаком. Они тоже высказывали свое мнение. В основном это представители белорусской власти. Их слушать тоже нельзя. Они предвзяты.

Но! Есть и третья категория. Есть и те, кто с материалами дела знаком, но при этом не относится к числу сторонников действующей власти. Более того, находится по другую сторону баррикад. Речь идет о международных экспертах. Причем не российских, а западных.

По ходу дела все как-то забыли, что следствие привлекло к своей работе группу специалистов из Интерпола. И вот по итогам сотрудничества генсек этой организации Рональд Ноубл заявил: «Мы со своей стороны готовы подтвердить, что, согласно результатам проверки отпечатков пальцев, которая состоялась буквально вчера, отпечатки пальцев подозреваемого в совершении теракта в июле 2008 года полностью совпадают с отпечатками пальцев подозреваемого по делу теракта в 2011 году… Нам была предоставлена необходимая информация по этим взрывным устройствам. Несмотря на различия зарядов этих устройств, речь идет о том, что эти преступления совершил один человек… Интерпол со своей стороны готов это подтвердить — речь идет именно о теракте… Когда 11 апреля текущего года произошел теракт, опять-таки, уже через 24 часа Интерпол располагал фотографией подозреваемого. Такой уровень расследования преступлений представляется нам беспрецедентным».

Вот и все. Заподозрить Ноубла в симпатиях к режиму Лукашенко сложно.

Так что остается, по большому счету, один вопрос. Зачем? Зачем витебский паренек устраивал теракты. На следствии он утверждал: «Для дестабилизации обстановки в Республике Беларусь». Кондовая формулировка, которую ему явно подсказали ребята в погонах. Нет, не потому что выбивали из него показания или как-то там заставляли себя оговорить. Скорее всего, пэтэушник не мог внятно сформулировать мысль для протокола. За него это сделал следователь.

Уже высказывались мнения, что Коновалов испытывал наслаждение от своей неуловимости. Он чувствовал себя великим. Белорусский Герострат. Простое нажатие кнопки навсегда обеспечило ему место в истории.

Насколько это мнение справедливо? Не знаю. Не специалист. Но вообще, феномен террористов-одиночек — известное явление. И в последнее время очень распространенное. К сожалению.

Противодействовать им практически невозможно. Остановить человека, которому в голову неожиданно пришла оригинальная мысль взять автомат, выйти на улицу и открыть огонь по прохожим — заранее нельзя. Только по факту. И мотивы совершения таких терактов зачастую крайне странны.

Пока шло следствие о взрыве в Минске, в Норвегии Брейвик устроил бойню в детском лагере. Зачем? Хотел обратить на себя внимание. Хотел, чтобы почитали его манифест. На поверку оказалось, что он еще и болен.

Нордин Армани в Льеже расстреялял людей, стоявших на остановке. Психически был здоров. Действовал в одиночку. С исламистскими группировками не связан. Какие мотивы? Никто не знает.

Тед Качински, он же Унабомбер. Еще в период с 1978 по 1995 годы рассылал по почте в американские авиакомпании и университеты небольшие взрывные устройства. Считал, что человек в современном мире утратил свободу. Взрывами собирался привлечь к этому факту внимание.

В России это явление тоже распространено.

17 января 1996 года в Сургуте экспедитор Максим Белозеров, вооружившись пистолетом, захватил автобус с 28 нефтяниками. Он зачем-то назвал себя чеченцем Максудом, потом потребовал автомат, водку, сигареты и закуску и, наконец, самолет. Убит снайпером как раз тогда, когда получал ящик водки. Один из заложников был ранен.

29 мая 1998 года бывший милиционер Артур Елисеев в Петропавловском соборе объявил, что хочет себя подорвать. Он требовал радиоэфира, который и был ему предоставлен. На радио «Балтика» он сообщил, что у него есть видеокассета кинофильма «Кавказский пленник», в который методом 25-го кадра вмонтирован призыв голосовать за Ельцина. После этого заявления террорист сдался властям.

4 ноября 1998 года внештатный корреспондент газеты «Русская правда» пенсионер Иван Орлов попытался застрелиться из газового пистолета на Красной площади, а когда это не удалось, подорвал там же свой «Москвич-2140». Таким образом он протестовал против курса правительства и невыплаты ему пенсии.

20 января 2003 года в райцентре Магдагачи Амурской области Станислав Терешков, вооружившись ножом, взял в заложники пятерых детей и трех сотрудников детсада «Солнышко». Он потребовал 100 тыс. рублей, наркотики, водку, бронежилет, пистолет и автомобиль УАЗ. Был ранен во время штурма…

Список можно продолжать.

Так что нет в деле Коновалова ничего оригинального. Мотив, который ему приписывает следствие — не хуже прочих. Хотя для нормального человека все это выглядит дико и от того вызывает массу версий и споров. 

 

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей обсуждать статьи на форуме, предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».