Митрополит Кондрусевич вернулся. Рождественский «подарок» от Лукашенко

На самом деле ни о великодушии, ни о либерализации здесь говорить не приходится…

Итак, свершилось чудо на Рождество: архиепископ Кондрусевич получил возможность отслужить праздничные мессы в минских храмах. Глава белорусских католиков вернулся в страну после мытарств длиной почти в четыре месяца. Решение впустить его власти подают как широкий жест Александра Лукашенко, но по мнению многих комментаторов ни о великодушии, ни о либерализации здесь говорить не приходится.

О том, что Лукашенко поручил найти решение проблемы Кондрусевича «с учетом всех имеющихся правовых механизмов», заявил 22 декабря министр иностранных дел Владимир Макей.

Из его слов следовало, что побывавший ранее в Минске спецпосланник папы римского Клаудио Гуджеротти привозил Лукашенко письмо от понтифика с просьбой разрешить ситуацию с Кондрусевичем. Вот и решено было пойти навстречу, «несмотря на ряд негативных моментов, связанных с этой персоной», пояснил Макей.

 

Уже не разрушитель?

Кондрусевич был вынужден коротать дни изгнания в приходе Святого Антония в польской Сокулке рядом с белорусской границей после того, как его не пустили на родину 31 августа. Дескать, паспорт недействителен. Ага, все так и поверили.

Ежу было понятно, что скандал сугубо политический. Кондрусевич позволил себе нелестно высказаться о той вакханалии насилия, которую режим устроил после выборов 9 августа. Лукашенко же по поводу опального иерарха в начале ноября изрек: «Ездить в Польшу и получать консультации, как разрушать нашу страну, никому не будет позволено».

Чувствовалось, что независимая позиция главы Римско-католической церкви (РКЦ) в Беларуси сильно задела светского вождя, который для вертикали «немного выше Бога» (буквально так выразился некогда один из подчиненных, и эта фраза стала мемом).

Теперь, как видим, Кондрусевич уже не кажется властям таким уж страшным разрушителем. На самом деле белорусское руководство, вероятно, в какой-то степени осознало, что перегнуло палку, давя после выборов крамолу в католической среде.

Ну, и с понтификами у Лукашенко сложились особые отношения. Он дважды бывал в Ватикане, при том что находился в весьма сложных отношениях с Европой, и эти поездки на всю катушку использовались белорусской пропагандой: вот видите, никакой изоляции, никакого отторжения нет.

 

Эксперт: «Критицизм в отношении государственных репрессий останется»

Так чьей же победой можно считать возвращение Кондрусевича? С одной стороны, Лукашенко может записать себе в актив то, что засветился в благородной ипостаси, сделал конструктивный ход в отношениях как с белорусским костелом, так и со Святым Престолом. С другой стороны, Ватикан, говоря светским языком, не сдал своего служителя, добился символичного возвращения изгнанника, в какой-то степени — отступления режима от прежней позиции.

«Это победа Ватикана», — считает директор Белорусского института стратегических исследований (BISS) Петр Рудковский. В комментарии для Naviny.by он подчеркнул, что со стороны костела заметных уступок не было.

Впрочем, момент неопределенности заключается в том, что неизвестно, примет ли понтифик отставку митрополита Кондрусевича (тот недавно написал такое прошение, что положено делать в силу возраста). Если отставка будет принята, то тогда можно будет говорить о некоем компромиссе между Ватиканом и Лукашенко, говорит Рудковский.

Первые заявления Кондрусевича после возвращения на родину выдержаны в сугубо дипломатичном тоне. А как будет дальше? И потом, ведь действия властей критиковали и другие католические священнослужители, например генеральный викарий Минско-Могилевской архидиоцезии епископ Юрий Кособуцкий, ксендз Вячеслав Борок.

Рудковский не ожидает «радикальной смены настроений среди католического духовенства», хотя допускает, что священнослужители предпочтут лишний раз не дразнить власти. Но «критицизм в отношении государственных репрессий останется и все время будет давать о себе знать».

РКЦ в Беларуси не станет брать на себя политическую миссию, однако и впредь не оставит без внимания то, что происходит «на грани этики и политики», считает собеседник Naviny.by.

 

Приглашать понтифика в Беларусь для властей рискованно

Тем временем в послании папе римскому Франциску по случаю рождественских и новогодних праздников Лукашенко отметил, что рассчитывает на личную встречу с понтификом. Это ритуальный пассаж или реальный план?

«В иной ситуации это можно было бы посчитать обычной риторикой, но в этом случае можно говорить о реальной надежде», — считает Рудковский. По его мнению, это надежда именно поехать в Ватикан, то есть как бы приоткрыть окошко в Европу, подать это как некую частичную легитимацию белорусского правителя на международном уровне.

Приглашать же сейчас папу римского в Беларусь (при том что ранее Лукашенко это делал, правда, в самой общей форме) было бы чересчур рискованной для властей затеей, полагает эксперт. Он подчеркивает: режим «остерегается ситуаций, которые могут мобилизовать общество».

Действительно, ведь встреча такого великого гостя может вылиться в беспрецедентную манифестацию. А вдруг народ ломанется на нее под БЧБ? Давать «красавцам» из ОМОНа отмашку, чтобы метелили, волокли в автозаки паству понтифика, — как-то совсем уж не комильфо, мировой скандал.

А вот Лукашенко дорогу в Ватикан проторил давно. Белорусского вождя понтифики принимали дважды: в 2009 году — Бенедикт XVI, в 2016-м — Франциск. Причем оба раза это совпадало с процессом нормализации отношений с Европой и преподносилось Минском как дипломатический триумф.

 

Тот же фокус в третий раз?

Так что, Лукашенко хочет проделать тот же фокус в третий раз?

Минский аналитик-международник Андрей Федоров в комментарии для Naviny.by отметил: даже если такой визит и состоится, это не обязательно будет означать разморозку отношений с Европой.

Прежние поездки Лукашенко в Ватикан приходились на время, когда Запад был под впечатлением актов российской агрессии — соответственно против Грузии (2008 год) и Украины (2014 год), напомнил эксперт. Он считает, что именно геополитические соображения подталкивали тогда Евросоюз к прагматичному сотрудничеству с белорусским режимом. Тот в свою очередь делал встречные шаги, в частности выпускал политзаключенных.

Сейчас же конфликт между Минском и Западом зашел дальше, чем прежде. После выборов 9 августа Брюссель и Вашингтон впервые объявили Лукашенко нелегитимным. К тому же белорусские власти пока лишь усугубляют конфронтацию и умножают число политических узников.

«Ни малейших шагов для прекращения того, против чего протестует Запад, не предпринимается», — подчеркнул Федоров.

 

Дубинка не разбирает, католик ты, православный или неверующий

Таким образом, предпосылок для очередного прорыва Лукашенко в Европу пока в упор не видно. Невозможно представить себе, что завтра в ЕС скажут: извините, насчет нелегитимности мы погорячились, признаём ваше право бить и сажать в тюрьму настаивающих на честных выборах граждан, милости просим в наши брюссели!

И внутри страны, несмотря на жест с возвращением Кондрусевича, между режимом и католиками (да и верующими других конфессий) теплых отношений не предвидится.

Назначая на днях нового уполномоченного по делам религий и национальностей, Лукашенко заявил, что следует «жесточайшим образом пресекать всех тех, кто разрушает мирную созидательную жизнь нашего народа и работает во вред нашему государству. Их не много, но мы их должны видеть. В том числе и в религиозной среде».

Иными словами, режим, который ради своего выживания не чурается никаких методов, намерен прессовать всех, кто осмеливается возвысить голос против его бесчинств. Дубинка не разбирает, католик ты, православный или вовсе неверующий.

Но дубинку никто не любит. Если репрессивная политика по отношению ко всей протестующей части общества продолжится, то, как легко понять, недовольство будет расти среди представителей разных конфессий, которые в первую очередь ощущают себя гражданами. И степень лояльности (или запуганности) священнослужителей не будет иметь решающего значения для политической обстановки.

По сути ведь нынешние трения между властями и представителями тех или иных конфессий лежат отнюдь не в религиозной плоскости. Это часть глубокого внутриполитического конфликта, у которого есть мощная этическая составляющая. Многих белорусов возмущает несправедливость, дикое торжество зла.

И если нынешняя власть не пожелает обуздать зло, то протест будет кипеть в душах верующих и неверующих независимо от содержания проповедей.