Дмитрий Ямпольский. МЫ. Жертвенный огонь. Текст для сотрудников ОМОН

Дмитрий ЯМПОЛЬСКИЙ

Дмитрий ЯМПОЛЬСКИЙ

Родился в Минске. Журналист свободных мыслей.

Потерявшая всякую легитимность власть считает народ овцами, говорит, что участниками протестных акций управляют зарубежные кукловоды. Но сегодня единственные овцы, то есть те, кто идет туда, куда их ведет кто-то другой, — это ОМОН. Сейчас все те, кто надевает вашу черную форму — надевают форму маньяков, запятнанную кровью. И ваш пастух уже обманул вас, отправив на жертвенный алтарь…

Вы, может быть, даже про это еще не думали — зато это прекрасно поняли те, кто отдает команды.

Вам дали новый приказ — не применять чрезмерной силы и работать более-менее без крови. Ведь эффект от насилия получился прямо обратный — на улицы вышло еще больше людей. И выйдет снова.

Некоторые среди вас, возможно, снова ждут команды, что можно вс            ё. Многие, вероятно, очень сильно этого приказа боятся и со страхом думают, что придется его исполнять либо смотреть, как исполняют... Единицы, наверное, начали задумываться, правильно ли они поступали за эти долгие для вас два месяца.

Весь фейсбук, который вы, конечно, мало читаете, но который читают все те, кто выходит на митинги, сейчас задается вопросом, что заставляет людей продолжать прислуживать режиму и идти на такую сделку с совестью. Мнений много, но во многом они все очень похожи.

Деньги. Простым людям не понять, за какие суммы можно идти на подобные компромиссы с совестью. В постах пишут о зарплатах омоновцев от 300 до 1000 долларов в день... Но многие уверены, что это вранье. Такие деньги, возможно, получают только командиры.

Вероятно, есть какие-то обещанные квартиры и льготы, но только когда всё закончится. Не закончится — реальность уже никогда не будет прежней. Да и в принципе, есть ли цена тому, чтобы всю последующую жизнь скрывать часть биографии от семьи?

Сила приказа. Страх показаться слабым перед коллегами и сила авторитета начальника очень велики... Как же уйти, когда все как мужики терпят и продолжают? Что все подумают, если я уйду?

У поваров, работающих на диктаторов, как-то спросили, думали ли они когда-либо их отравить? Но гордость и честь настоящего повара ни за что бы не позволили им этого сделать... Они и дальше будут стараться готовить лучшую в мире еду, чтобы не запятнать свою репутацию.

Но репутацию ОМОНа в Беларуси, увы, уже запятнали групповым преступлением.

Я лишь винтик. Если не я, то кто-то другой... И пусть лучше я, хотя бы постараюсь никого не убить и не покалечить. Но оказываясь в ситуации «палач — жертва» очень сложно вдруг перестать быть палачом. Никто не знает, как поведет себя в тех или иных условиях.

Вспомните знаменитый эксперимент Филиппа Зимбардо о «тюремщиках» и «заключенных», в котором каждый третий случайный человек настолько вживался в роль надсмотрщика, что даже проявлял садистские наклонности. Поэтому гораздо лучше оставаться собой, а не играть роли.

«Всё это ради детей, ради семьи». Универсальное объяснение, но вряд ли детям понравится то будущее, где запрещено высказывать свое мнение, а страной управляет один очень злой дядька. Если ты здоровый мужчина, то прожить можно так, чтобы внуки тобой справедливо гордились, а не стеснялись упоминать твое имя вслух.

 

***

Человечество давно проводит различные исследования о том, что движет людьми, прислуживающими, выполняющими приказы в самые черные дни истории: от Холокоста до резни в мирных вьетнамских деревнях. Работы ученого Стэнли Милгрэма на эту тему сейчас изучают по всему миру, он посвятил этому свою жизнь и пришел к выводам, которых совсем не ожидал.

Опыты показали, что подавляющее большинство людей очень податливы и им крайне тяжело противостоять силе авторитета (например, своего начальника). Они просто выполняют какую-то работу, не особо задумываясь, что же они творят.

Нам очень тяжело ослушаться, когда кто-то другой берет за нас ответственность, а мы просто служим инструментом в общей работе. Это объясняет, почему такое огромное количество людей было, например, в СС. Ведь невозможно, чтобы все они были мерзавцами или психами.

Идти против приказа и системы, включать вовремя голову — невероятно сложно, но, несмотря на это, Милгрэм верил в силу человеческого духа.  

Сейчас репрессивную машину мести против собственного народа включили не только силовики, но и весь чиновничий аппарат. Отдающий приказы давно стал серийным маньяком, но все остальные должны прекратить бездумно тиражировать его преступления даже на уровне перекладывания бумажек. У каждого из нас есть выбор, и мы сами становимся теми, кто мы есть.

Но для самооправдания у человеческой природы всегда находится тысяча причин. Это защитный естественный механизм, чтобы не ранить собственную психику. Думать о зле, сделанном осознано или случайно — больно. Поэтому наш рептилоидный мозг (кушаю траву, выживаю, следую простейшим инстинктам) всегда спасает в таких ситуациях и помогает серенько-веселенько существовать дальше.

Мир вокруг стремительно меняется, но мы сами, увы, гораздо медленнее. Поэтому так важно быть сплоченными и помогать друг другу. Эволюция мысли и поступков — наша единственная конечная цель. Осознание, что такое хорошо и что такое плохо в системе нынешней и любой власти, и есть прямой путь к мирной бескровной перемене, к достойному будущему для всех.

Мы все — и те, кто за, и те кто еще против, и те, кто просто делает свою работу — очень мало значим для нынешней власти, как и отдельная человеческая личность в принципе. Поэтому все мы все еще в той или иной мере являемся марионетками. Но никто в угоду кукловода не должен бросаться в жертвенный огонь преступлений. Надо найти в себе силы разобраться в очень простых вопросах. Это и есть путь к свободе.

 

 

Мнения колумнистов могут не совпадать с мнением редакции. Приглашаем читателей предлагать для участия в проекте новых авторов или собственные «Мнения».