Бюрократия тянет государственные предприятия на дно

«Люди, которые не несут ответственности, обладают полномочия управлять госсектором».

По официальным оценкам, госсектор генерирует около 60% выручки и формирует порядка 50% ВВП. Однако эффективность управления госпредприятиями оставляет желать лучшего. Представители госсектора откровенно рассказали о своей головной боли.

 

Прибыль сокращается, убытки растут  

Сейчас власти готовят законопроект о госсекторе, первая версия которого может появиться уже к ноябрю.

«Актуальность подготовки проекта закона о государственном секторе обусловлена необходимостью повышения эффективности управления государственными активами и, в частности, государственным сектором экономики Республики Беларусь, состояние которого в настоящее время в значительной мере предопределяет текущие и перспективные параметры социально-экономического развития страны», — говорится в проекте концепции законопроекта.

Разработчики документа оценили вклад госсектора в формирование ВВП примерно в половину, а отдельно в промышленности госсектор вообще занимает доминирующую роль — почти 70%.

При этом показатели эффективности госсектора далеки от желаемых.

Всемирный банк недавно проанализировал ситуацию и пришел к выводу, что за 2012—2019 годы прибыль предприятий с госкапиталом сократилась с 8,3% ВВП до 4,2% ВВП, а доля убыточных организаций в госсекторе за этот же период увеличилась с 4,8% до 11,4%.

В 2020 году доля убыточных предприятий продолжает расти, а прибыль сокращаться ввиду переоценки обязательств по возросшему с начала года (на четверть) курсу доллара.

Однако даже если брать нынешний год, который для всей экономики оказался стрессовым из-за сжатия внешних рынков и роста курса доллара, тренд ухудшения финансовых результатов госсектора очевиден.

Многие экономисты сходятся во мнении, что негативная динамика работы госсектора обусловлена в том числе отсутствием в стране должной системы управления госпредприятиями.

 

Парадоксы управления

Эксперты Центра экономических исследований BEROC около года посвятили изучению системы корпоративного управления госсектором.

Вначале ситуация анализировалась в ходе фокус-групп, основанных на глубоких интервью с представителями госсектора, а затем проводился опрос. В анкетировании приняли участие 120 компаний, Треть опрошенных (34,2%) — частные организации, еще 4,2% — компании с долей государства до 25%, а остальные две трети опрошенных — с блокирующей долей государства в уставном фонде.

Результаты исследовании выявили парадоксальные ситуации.

«Более чем в 90% опрошенных компаний, контролируемых государством, созданы наблюдательные советы. Но при этом только 55% представителей опрошенных предприятий, акции которых принадлежат государству, сообщили о существовании системы корпоративного управления», — комментирует результаты опроса старший научный сотрудник Центра экономических исследований BEROC Родион Морозов.

Еще один парадокс заключается в том, что наблюдательные советы созданы, но зачастую не они определяют показатели эффективности госпредприятий. Более 41% представителей предприятий, контролируемых государством, сообщили, что ключевые показатели до них доводят вышестоящие органы — как правило, это министерства и концерны.

Очень выразительно сложившуюся ситуацию комментируют члены наблюдательных советов госкомпаний, цитаты которых приведены в исследовании.

«Топ-менеджменту дается поручение от вышестоящих лиц, вице-премьеров или министров… Аргументы руководителя, аргументы здравого смысла, технические или технологические не принимаются в расчет. Надо, и всё. Отказать очень сложно, директор рискует своей должностью, если он не выполнит поручение», — комментирует ситуацию член набсовета одной из компаний.

В результате во многих случаях ключевые решения на госпредприятиях принимают не топ-менеджеры и наблюдательные советы, а «вышестоящие органы».

«Зачастую люди, которые не несут ответственности, имеют полномочия, а люди, которые несут ответственность, не имеют таких полномочий. Большое количество так называемых стейкхолдеров, это и собственник, и местные власти, и силовые структуры, имеют большую власть, чем непосредственно директор предприятия… Его фокус переводится на то, чтобы быть удобным для всех стейкхолдеров и выполнять их многочисленные и бессистемные требования», — приводятся в исследовании слова члена набсовета госкомпании.

Вот такое доминирование. Поэтому неудивительно, что наблюдательным советам зачастую отводится формальная функция, которая для многих незаметна, и даже при их наличии представители госсектора указывают на отсутствие системы корпоративного управления.

 

Бюрократические интересы выше экономических

По мнению экспертов, подотчетность белорусских госпредприятий различным министерствам и ведомствам приводит к столкновению бюрократических интересов и не позволяет повышать эффективность работы госсектора.

«Во многих случаях достижение показателей экономической эффективности предприятий идет вразрез с задачами, которые ставятся перед руководителем со стороны органов, осуществляющих владельческий надзор, и других органов государственной власти», — отмечает Морозов.

В ходе проведенного опроса 42% опрошенных представителей компаний, контролируемых государством, сообщили, что до них доводится до 10 различных показателей. А иногда в частных беседах представители госсектора признаются, что до них довели 15 показателей, которые невозможно выполнить одновременно. Касаются эти показатели и роста зарплат, и сохранения занятости, и увеличения прибыли, и сокращения издержек.

«Без расставленных приоритетов и четкого понимания задач, которые ставятся перед предприятиями, эффективное функционирование системы корпоративного управления невозможно», — считает Морозов.

По мнению эксперта, в Беларуси, как рекомендуют специалисты ЕБРР и МВФ, и как принято в развитых странах, за управление госсектором должен отвечать один госорган, а не множество министерств, концернов и исполкомов.

«Необходимо ликвидировать систему множественности центров управление (министерства, местные власти, концерны) госсектором. Это позволит четко поставить цели перед госпредприятиями и снизить риск отклонения от стратегических задач», — отметил Морозов в беседе с корреспондентом БелаПАН.

Однако до последнего времени, признают белорусские экономисты, в стране не было политической воли радикально менять систему управления госсектором.

«Идеологемы о том, что сторонники реформ будто бы хотят развалить предприятия, создававшиеся десятки лет, блокировали возможность системно заняться темой корпоративного управления на государственном уровне», — считает директор Исследовательского центра ИПМ Александр Чубрик.

Он также полагает, что реформированию системы корпоративного управления активно сопротивляются «красные директора», услуги которых после построения эффективной системы корпоративного управления окажутся не нужны.

«Интересы собственника могут не совпадать с интересами некоторых менеджеров, которые привыкли доить государство», — считает Чубрик.

Эксперт прогнозирует, что в будущем государству все-таки придется повышать эффективность управления сектором госпредприятий.

«Изъяны в сфере корпоративного управления госсектором до последнего времени удавалось финансировать за счет прямых и косвенных бюджетных субсидий, перекредитования в банках. Сейчас ситуация и в сфере госфинансов, и в банковской системе сложная. Поэтому если государство не будет заниматься выстраиванием эффективности системы корпоративного управления, то придется заниматься банкротством наименее стойких госпредприятий», — предполагает Чубрик.