Лукашенко заговорил о диалоге. Но только с отфильтрованной публикой

Он вскользь признает, что «все-таки пересидел» в своем кресле, однако тут же начинает доказывать, что без него страна пропадет…

Вопрос перемен в Беларуси Александр Лукашенко связал, в частности, с проведением Всебелорусского народного собрания. Этот штрих говорит о многом. Всебелорусские собрания — чисто имитационные мероприятия в советском духе (Лукашенко даже называет их съездами), по определению призванные одобрять генеральную линию.

В интервью российским СМИ, которое обнародовано 9 сентября, белорусский правитель обрисовал свое видение конституционной реформы. По его словам, «уже два варианта Конституции изобрели», но «надо более глубокие изменения», поэтому сейчас группа работает над третьим вариантом.

На первый взгляд, это звучит прогрессивно. Видите, вождь даже настаивает на более смелых новациях. Но если разобраться, то становится очевидно, что затрагивать основы собственноручно сконструированной системы Лукашенко не собирается.

 

Новые выборы: когда и по каким правилам?

В частности, он заявил, что часть президентских полномочий надо передавать губернаторам и парламенту. Но тут же оговорился, что и Россия, и Беларусь — это «славянские государства, где нужен крепкий лидер». Из чего можно сделать вывод, что отходить от авторитарной модели Лукашенко не собирается. Национальному собранию и на места могут быть переданы лишь некоторые второстепенные функции.

Например, как можно понять из рассуждений Лукашенко, он готов оставить за собой назначение лишь членов Верховного суда, а «областные суды, районные, городские, там на месте надо формировать их». Но если их де-факто будет формировать послушная Лукашенко вертикаль, то что изменится?

Далее, он считает: прежде чем вводить партийную или партийно-мажоритарную систему на выборах в парламент, надо создать настоящие партии. Мол, нынешние слабы, «у людей не было запроса на партии». Но для запроса на партии следует дать им политический простор, чего нынешний режим делать явно не намерен. Так что здесь — порочный круг. Нужно менять всю систему, а не перелицовывать закон о партиях, как предлагает Лукашенко.

В интервью он заявил, что не исключает проведения новых президентских выборов после того, как появится новый Основной закон. Однако подчеркнул: «По срокам я не говорю». С его точки зрения, первыми после принятия Конституции следует провести выборы местных органов власти, а «если досрочно проводить президентские выборы, то они должны пройти, наверное, раньше, чем парламентские».

В этом же контексте было упомянуто Всебелорусское собрание. Очередное, как выясняется, намечено на декабрь или январь. «Думаю, что на съезде мы пропишем, сможем даже прописать по срокам некоторые наши действия, вплоть до президентских выборов, если такое очень нужно», — заявил Лукашенко.

Очевидно, что с новыми президентскими выборами он, мягко говоря, спешить не намерен. И остается большой вопрос, по каким правилам они пройдут. Если в том же стиле, что и выборы-2020, с тотальным удушением альтернативы, то что толку?

Ну, может, отправят наконец на пенсию с поста главы Центризбиркома Лидию Ермошину. Однако если назначат условную Ермошину-2, то по сути ничего не изменится.

Другое дело, что народ уже не тот и провести унылые выборы по модели 2015 года будет очень сложно. Только если закрутить гайки донельзя, превратить страну в концлагерь. Но так и резьбу сорвать можно.

 

Диалог: с кем и о чем?

Между тем к некоему диалогу с обществом союзника подталкивает Москва. Она хоть и встала на сторону Лукашенко в белорусском кризисе, но все же, кажется, не считает зашкаливающую брутальность наилучшим методом. Сегодня министр иностранных дел России Сергей Лавров в очередной раз заявил, что его страна выступает за начало диалога между властями и представителями общественности Беларуси.

Однако показательно, как видит Лукашенко этот диалог (снова обратимся к его интервью российским СМИ). Он сразу отсекает ту оппозицию, которая объединилась в Координационный совет (КС). Рисует ее русофобской (это еще и месседж Кремлю: видите, каких демонов я тут сдерживаю!). Приписывает ей намерения разрушить производство, все распродать забугорному капиталу, породить массовую безработицу, ввести платное здравоохранение.

Лукашенко раз за разом повторяет эти инсинуации, хотя ничего подобного и близко не было в программе главной соперницы бессменного президента Светланы Тихановской, инициировавшей создание КС. Но пусть теперь она и ее сторонники отмываются. Этот прием называется «докажи, что ты не верблюд».

А главное, за Тихановскую ведь проголосовало множество людей. Они считают, что она и выиграла выборы. Отбрасывая переговоры с КС, режим перечеркивает и волю, позицию, требования этих людей. С кем же тогда будет диалог и о чем?

По словам Лукашенко, он готов «в Бресте, Гродно, Витебске, Могилеве, Минске вести диалог со студентами — это актуально сейчас, с трудовыми коллективами, активом». Предлагает создать некие советы по обсуждению новой Конституции «в том числе и из представителей нашего гражданского общества, органов власти».

Но давайте вспомним, кого Лукашенко зачисляет в гражданское общество. В этом списке у него традиционно официальные профсоюзы, БРСМ, провластные женские, ветеранские организации. Ну, добавят кое-кого из карманной псевдооппозиции. То есть речь идет о сугубо имитационном диалоге под контролем нынешней власти.

 

А ведь белорусы просто захотели справедливости и свободы

Из размышлений Лукашенко об истоках нынешнего кризиса можно сделать вывод, что он не понимает или не хочет признавать истинных причин. Лишь вскользь он упоминает, что, наверное, «все-таки пересидел» в своем кресле. Но тут же начинает доказывать, что без него страна пропадет.

В нынешних же потрясениях он винит злых западных кукловодов («…И мы, и россияне знают, кто управляет и откуда управляет ― американцы из центра под Варшавой через телеграм-каналы известные»). А также доморощенных «буржуйчиков», айтишников и прочую продвинутую публику (им, мол, захотелось власти). С явным сожалением констатирует, что нельзя заблокировать Telegram. Сокрушается, что молодежь не ценит достижений.

Вот смотрите, Лукашенко раз за разом утверждает, что его противники якобы хотят отбросить страну в 90-е. Но на самом деле очевидно, что это именно он ностальгирует по постсовку, когда люди были озабочены выживанием и еще грели себя иллюзиями, что можно вернуть «светлое прошлое». Такой массой было легко управлять и манипулировать. Но прошло четверть века, народ стал иным. А вот вождь меняться не хочет и, видимо, просто не способен.

«Нет глубоких причин, чтобы цветная революция свершилась. У нас экономика худо-бедно работает, в этом году небывалый урожай, рост АПК — 7%! Мы за времена пандемии упали в ВВП на 1,2% всего лишь!» — вдохновенно рассказывает Лукашенко российским журналистам (скорее, пропагандистам).

То есть он, кажется, искренне не понимает, что не все сводится к чарке и шкварке (хотя и по благосостоянию мы все больше отстаем от той же Польши, например). Что людей могут возмущать зашкаливающая несправедливость, наглые фальсификации, зверство силовиков. Что люди захотели уважения, свободы, права реально избирать власть.

 

Вождь и силовики в упор не видят рождения политической нации

А именно это и произошло в Беларуси. Мы увидели потрясающее, феноменальное рождение политической нации европейского типа. Которой просто претит анахроничная деспотия.

Лукашенко же и его силовики, кладущие на стол шефу доклады о зловещих внешних заговорах, в упор не видят этого феномена или же не хотят признавать естественные права народа.

Вдобавок сам вождь вне созданной им системы, без нынешнего кресла просто себя не мыслит, в чем искренне признается журналистам. Затея же с конституционной якобы реформой — это лишь маневр, чтобы погасить протесты, овладеть ситуацией и править дальше, слегка подштукатурив фасад режима.

Но очевидно, что массу белорусов такая перспектива не устраивает. Этот антагонизм не устранишь паллиативами. Так что впереди новые акты белорусской драмы.